Новости в области разработки инновационных лекарств
Дайджест №37 (июнь 2026)
Подготовлено Отделом информации ИФАВ РАН
1. Эффективность и безопасность доравирина/ислатравира у пациентов с ВИЧ-1, имеющих большой опыт лечения: результаты рандомизированного исследования
Efficacy and safety of doravirine/islatravir in heavily treatment-experienced participants living with HIV-1: results from a randomized trial
Andrew Carr et al.
AIDS 2026, 40, 189–197
https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC12746772/
ВИЧ поражает CD4 Т-лимфоциты в организме, и по мере снижения их количества иммунитет ослабевает. При отсутствии лечения инфекция может прогрессировать до СПИДа (синдрома приобретенного иммунодефицита). ВИЧ подразделяется на две основные формы: ВИЧ-1 и ВИЧ-2. ВИЧ-1 является причиной большинства случаев в глобальной пандемии СПИДа и обладает крайне агрессивным течением заболевания, в то время как ВИЧ-2, как правило, характеризуется более медленным клиническим прогрессированием. Лечения ни от одной из форм ВИЧ не существует, но антиретровирусная терапия может подавлять вирус и замедлять прогрессирование заболевания. IDVYNSO – это комбинированный препарат с фиксированной дозой, включающий два антиретровирусных агента: доравирин, пиридиноновый ненуклеозидный ингибитор обратной транскриптазы ВИЧ-1 (NNRTI) и ислатравир, аналог дезоксиаденозинового нуклеозида, ингибитор обратной транскриптазы (NRTI). 21 апреля 2026 г. FDA (Управление по санитарному надзору за качеством пищевых продуктов и медикаментов США) одобрило препарат IDVYNSO (доравирин 100 мг/ислатравир 0,25 мг). Препарат представляет собой комбинированную таблетку для приема один раз в день и предназначен для взрослых пациентов с ВИЧ-1, достигших стабильной вирусологической супрессии. Безопасность и эффективность IDVYNSO у взрослых с ВИЧ-инфекцией, достигших вирусологической супрессии, оценивались на основе данных за 48 недель из двух рандомизированных, активно контролируемых исследований фазы 3, направленных на доказательство не меньшей эффективности: Trial 051 и Trial 052. В обоих исследованиях 708 участников получали IDVYNSO один раз в день. Trial 051 было открытым исследованием, в котором 551 участник был рандомизирован в соотношении 2:1. В общей сложности 366 участников были переведены с пероральной антиретровирусной терапии на IDVYNSO, а 185 остались на своей существующей базовой антиретровирусной терапии (бАРТ). Trial 052 было двойным слепым исследованием с участием 513 человек, также рандомизированных в соотношении 2:1. Из них 342 участника перешли с биктегравира/эмтрицитабина/тенофовира алафенамида (BIC/FTC/TAF) на IDVYNSO, а 171 продолжили лечение с BIC/FTC/TAF. В обоих клинических исследованиях первичной конечной точкой была доля участников с уровнем РНК ВИЧ-1 менее 50 копий/мл на 48-й неделе. Наиболее распространенными побочными реакциями были диарея, головокружение, усталость, вздутие живота, головная боль и увеличение веса. В заключение, доравирин и ислатравир представляют собой многообещающую двухкомпонентную схему лечения, которая поддерживает подавление вирусной нагрузки ВИЧ-1 без использования ингибиторов интегразы. Если безопасность и устойчивость будут подтверждены в течение более 48 недель, эта схема лечения может изменить парадигмы лечения и расширить набор инструментов для упрощения лечения ВИЧ.
2. Первый PROTAC получил одобрение FDA, что укрепляет позиции в области целенаправленной деградации белков и индуцированного сближения
First PROTAC gains FDA approval, bolstering targeted protein degradation and induced proximity ambitions
Asher Mullard
Nature Reviews Drug Discovery 2026
https://www.nature.com/articles/d41573-026-00078-6
Рак молочной железы остается серьезной проблемой здравоохранения во всем мире и является наиболее часто диагностируемым злокачественным новообразованием среди женщин. Среди его молекулярных подтипов наиболее распространенным является эстроген-рецептор-позитивный (ER+) рак молочной железы, на долю которого приходится примерно 70% всех случаев. Вепдегестрант (ARV-471) – это первый в своем классе перорально биодоступный деградатор ER, который является химерой, нацеленной на протеолиз (PROTAC, PROteolysis TArgeting Chimera), связывающейся с эстрогенным рецептором (белком, стимулирующим рост рака молочной железы). В отличие от традиционных эндокринных методов лечения, которые действуют путем блокирования или модуляции сигналов ER, вепдегестрант устраняет сам рецептор посредством целенаправленной деградации белка. 1 мая 2026 г. FDA одобрило вепдегестрант (Veppanu) для лечения эстроген-рецептор-положительного, HER2-отрицательного рака молочной железы на поздней стадии или метастатического рака с мутацией ESR1, который развился после гормональной терапии. Одобрение было основано на результатах исследования VERITAC-2 фазы 3, рандомизированного, открытого, активно-контролируемого, многоцентрового клинического исследования с участием 624 взрослых пациентов с ER-положительным, HER2-отрицательным, распространенным или метастатическим раком молочной железы, включая 270 пациентов с опухолями, содержащими мутации ESR1. Пациенты должны были иметь прогрессирование заболевания на одной-двух линиях эндокринной терапии, включая одну линию с ингибитором CDK4/6. Пациенты были рандомизированы (1:1) для приема вепдегестранта перорально один раз в день или фулвестранта внутримышечно в дни 1 и 15 первого цикла, а затем один раз в месяц. В популяции пациентов с мутациями ESR1 вепдегестрант продемонстрировал статистически значимое улучшение выживаемости без прогрессирования заболевания по сравнению с фулвестрантом (медиана 5,0 против 2,1 месяца). Объективные показатели ответа составили 19% и 4% соответственно. Рекомендуемая доза вепдегестранта составляет 200 мг перорально один раз в день во время еды до прогрессирования заболевания или неприемлемой токсичности. Наиболее распространенными побочными явлениями были мышечно-скелетная боль, усталость, тошнота, снижение аппетита и запоры. Вепдегестрант представляет собой важную веху в эндокринной онкологии и медицинской химии целевой деградации белков. Это первый перорально биодоступный PROTAC, нацеленный на ER. В перспективе разработка вепдегестранта, вероятно, определит следующую волну терапевтических препаратов в онкологии и за ее пределами. Эти достижения в технологии PROTAC открывают путь в новую эру разработки лекарств, особенно в области целенаправленной деградации белков и других инновационных терапевтических стратегий, что потенциально может заполнить ранее неудовлетворенные медицинские потребности и улучшить результаты лечения пациентов.
3. Двигательные и немоторные симптомы, лекарства и их механизм действия при болезни Паркинсона (PD): обзор
Motor and non-motor symptoms, drugs, and their mode of action in Parkinson’s disease (PD): a review
Nancy Saini et al.
Medicinal Chemistry Research 2024, 33, 580–599
https://link.springer.com/article/10.1007/s00044-024-03203-5
Болезнь Паркинсона является мультисистемным неврологическим заболеванием, которое в первую очередь поражает пациентов в последние годы жизни. После болезни Альцгеймера болезнь Паркинсона является наиболее известным двигательным расстройством и вторым по распространенности нейродегенеративным заболеванием. У людей, страдающих болезнью Паркинсона, проявляются симптомы когнитивных нарушений и постепенной потери памяти, поскольку количество нейронов, содержащих дофамин, в Substantia Nigra сокращается, что приводит к снижению количества дофамина в полосатом теле. По некоторым оценкам, до того как проявятся основные двигательные аспекты болезни Паркинсона, почти 80% дофаминергических нейронов в нигростриарном пути разрушаются. На ранних стадиях болезни Паркинсона потеря дофаминергических нейронов вызывает брадикинезию, скованность, тремор покоя и проблемы с равновесием среди прочих двигательных симптомов. Немоторные симптомы вызваны дегенерацией различных недофаминергических систем, и заместительная терапия дофамином оказывает на них незначительное влияние. При болезни Паркинсона выявлено около 30 различных немоторных симптомов. Проблемы со сном, беспокойство, усталость и постепенное снижение когнитивных способностей, которые могут прогрессировать до деменции, являются наиболее распространенными немоторными симптомами. Повышение дофаминергического тонуса с помощью леводопы, ингибиторов моноаминоксидазы, агонистов дофамина, селективных ингибиторов обратного захвата серотонина и ингибиторов обратного захвата серотонина и норадреналина или комбинации этих методов лечения используется для облегчения моторных и немоторных симптомов болезни Паркинсона на ранней стадии. Клозапин – это трициклический дибензодиазепиновый антипсихотик, эффективный в лечении галлюцинаций и психоза при болезни Паркинсона без деменции. Он реже, чем другие лекарства, ухудшает двигательные симптомы из-за своего отличительного связывания с дофаминовыми рецепторами. В последние годы клозапин получил значительное признание при лечении болезни Паркинсона в связи с его перспективным терапевтическим эффектом, хотя механизм его действия до конца еще не выяснен. Первоначально препарат был лицензирован для лечения шизофрении. Клинические испытания показали, что клозапин улучшает двигательные симптомы, такие как тремор, скованность и брадикинезию. Было проведено два двойных слепых рандомизированных исследования, в каждом из которых участвовало по 60 пациентов. Им была назначена низкая доза клозапина, и было доказано, что этот препарат эффективен для лечения симптомов психоза при болезни Паркинсона. Он хорошо переносится без значительного ухудшения моторики и значительного усиления симптомов тремора. Начальная доза составляет 6,25 мг перед сном; если симптомы более масштабные, то максимальная доза 150 мг может быть назначена перед сном. По результатам испытаний клозапин оказался эффективным при лечении психоза и тремора для пациентов с болезнью Паркинсона. В обзоре приведены данные клинических испытаний и других препаратов для лечения болезни Паркинсона (пароксетин, сертралин, флуоксетин и др.).
4. Пересмотр терапевтического ландшафта таупатий: оценка текущего конвейера и клинических испытаний
Revisiting the therapeutic landscape of tauopathies: assessing the current pipeline and clinical trials
Glenn A. Harris et al.
Alzheimer's Research & Therapy 2025, 17, 129
https://link.springer.com/article/10.1186/s13195-025-01775-x
Таупатии – это разнообразная группа нейродегенеративных заболеваний, характеризующихся патологическим накоплением неправильно свернутого тау-белка в мозге. Микротрубочковый ассоциированный белок тау – это встречающийся в природе белок, который играет важную роль в стабилизации микротрубочек, которые необходимы для транспортировки питательных веществ и других материалов внутри нейронов. При таупатиях белок тау собирается в неправильно свернутые мультимеры, варьирующиеся от растворимых олигомеров до нерастворимых агрегатов, известных как нейрофибриллярные клубки, нейропильные нити, и являющиеся компонентами нейритных бляшек. Считается, что эти аномальные сборки тау в совокупности нарушают нормальную функцию нейронов и приводят к их гибели. Таупатии являются ведущей причиной нейродегенерации, и не существует одобренных методов лечения, изменяющих течение болезни, нацеленных на патологию тау для любой таупатии. Существующие методы лечения пациентов с диагнозом первичной таупатии сосредоточены на симптоматическом лечении, обеспечивающем ограниченное и временное облегчение. Тем не менее, недавние одобрения антиамилоидных заболеваний, модифицирующих терапию для болезни Альцгеймера, показали, что они замедляют снижение когнитивных способностей, но не останавливают прогрессирование заболевания. ANAVEX 2-73 (бларкамезин) – это производное аминотетрагидрофурана, являющееся смешанным лигандом рецептора сигма-1 (s-1R) и мускаринового рецептора М2. В 57-недельном клиническом исследовании бларкамезина в дозах 20–30 мг/день на фазе 2а препарат показал безопасность, клиническую и фармакокинетическую переносимость и эффективность. В недавнем клиническом исследовании фазы 2b/3 изучена эффективность и безопасность ANAVEX 2-73 у пациентов с болезнью Альцгеймера. В исследовании приняли участие 508 участников с ранней болезнью Альцгеймера, которые были рандомизированы для приема либо ANAVEX 2-73, либо плацебо в течение 48 недель. Результаты исследования продемонстрировали, что ANAVEX 2-73 показал разницу в показателях клинической шкалы оценки деменции по сравнению с плацебо. Однако сопутствующая функциональная конечная точка в двойной слепой части исследования не отличалась между группами лечения и плацебо. Уровни фосфорилированного тау показали меньший рост у пациентов, лечившихся бларкамезином, по сравнению с плацебо, но не достигли статистической значимости. В недавнем пресс-релизе сообщалось, что непрерывное лечение ANAVEX 2-73 в течение трех лет значительно замедлило клиническое ухудшение у пациентов с ранней болезнью Альцгеймера. Изменение режима дозирования во время открытой фазы расширения уменьшило головокружение, переживаемое пациентами во время двойной слепой фазы, что позволяет предположить, что это нежелательное явление можно контролировать, и препарат сохранял благоприятный профиль безопасности на протяжении расширенного периода лечения. В обзоре приведены данные клинических испытаний и других препаратов для лечения таупатий (NE-3107, бунтанетап, нефламапимод и др.).
5. Интегративный нейрофармакологический обзор проблем болезни Хантингтона и роль новых лекарственных форм в преодолении фармакологических ограничений
An integrative neuropharmacological review of Huntington’s disease challenges and the role of novel formulations in addressing pharmacological-pharmaceutical limitations
Mahmoud A. Senousy et al.
Frontiers in Pharmacology 2026, 17, 1794983
https://www.frontiersin.org/journals/pharmacology/articles/10.3389/fphar.2026.1794983/full
Болезнь Хантингтона – это аутосомно-доминантное наследственное нейродегенеративное заболевание, которое прогрессирует с течением времени и характеризуется неконтролируемыми хореиформными движениями, такими как подергивания или судороги без осознанного участия; деменцией или когнитивными нарушениями, а также психическими расстройствами. Существуют два различных клинических проявления болезни Хантингтона: классическая хореическая (гиперкинетическая) форма и ригидная (гипокинетическая) форма; каждая из них преобладает на разных стадиях заболевания. Клинически хореический тип является преобладающим и характерным двигательным проявлением, особенно на ранних и средних стадиях, он часто характеризуется аномальными непроизвольными движениями (хорея), рядом психических расстройств и интеллектуальной недостаточностью (деменция). В данном обзоре обсуждаются достижения в экспериментальных моделях, диагностические проблемы и перепрофилированные терапевтические агенты, а также подчеркивается растущая важность инновационных подходов к доставке лекарств, таких как наноносители, биологические препараты и неинвазивные пути введения. Валбеназин является высокоселективным ингибитором везикулярного транспортера моноаминов 2 (VMAT2), одобренным для лечения поздней дискинезии. В клинических испытаниях участвовали 125 пациентов (68 мужчин и 57 женщин). 64 пациента получали валбеназин и 61– плацебо. Наиболее частым нежелательным явлением, возникающим при лечении, была сонливость. Серьезные нежелательные явления, возникшие на фоне лечения, были зарегистрированы у 2 участников в группе, получавшей плацебо, и у одного участника в группе, получавшей валбеназин. У пациентов с болезнью Хантингтона валбеназин приводил к уменьшению хореи по сравнению с плацебо и хорошо переносился. Придопидин, являющийся селективным лигандом рецептора сигма-1, в настоящее время находится на поздних стадиях клинических испытаний для лечения болезней Альцгеймера, Хантингтона и бокового амиотрофического склероза. Придопидин прошел рандомизированное двойное слепое клиническое исследование для лечения болезни Хантингтона. Препарат был неэффективен в дозах 20 мг/день и 45 мг/день. Однако более высокие дозы придопидина (90 мг/день и выше) или более длительные периоды лечения показывают многообещающие улучшения в некоторых аспектах заболевания. Болезнь Хантингтона остается сложным и разрушительным нейродегенеративным заболеванием с ограниченными возможностями лечения. Поиск инновационных и эффективных методов лечения болезни Хантингтона остается главным приоритетом, поскольку современные методы лечения болезни Хантингтона в основном направлены на управление симптомами, а не на лечение этого тяжелого заболевания. Используя достижения в области открытия лекарств и терапевтических инноваций, есть надежда на будущее, в котором будут доступны эффективные методы лечения болезни Хантингтона, изменяющие течение болезни. В совокупности эти подходы представляют собой дорожную карту для будущих исследований болезни Хантингтона и разработки индивидуализированных, имеющих практическое значение методов лечения.
6. Обзор последних достижений в фармакологическом лечении болезни Паркинсона
A Review of the Recent Advances in the Pharmacological Management of Parkinson’s Disease
Allan Li et al.
Cureus 2025, 17(9), e93123
https://pmc.ncbi.nlm.nih.gov/articles/PMC12551797/
Болезнь Паркинсона – прогрессирующее нейродегенеративное заболевание, характеризующееся потерей дофаминергических нейронов в Substantia nigra, что приводит к двигательным и немоторным симптомам. Патофизиология болезни Паркинсона включает сложное взаимодействие генетических, экологических и биохимических факторов, включая накопление агрегатов белка альфа-синуклеина, митохондриальную дисфункцию, окислительный стресс и нейровоспаление. Современные фармакологические методы лечения в первую очередь направлены на облегчение симптомов, при этом леводопа является золотым стандартом для лечения двигательных симптомов. Кроме того, для модуляции дофаминергической/холинергической сигнализации и улучшения качества жизни используются ингибиторы фермента ДОФА-декарбоксилазы, агонисты дофамина, ингибиторы моноаминоксидазы B (МАО-B), ингибиторы катехол-O-метилтрансферазы и антихолинергические препараты центрального действия. Несмотря на эти достижения, долгосрочная эффективность существующих методов лечения со временем снижается и приводит к серьезным побочным эффектам, что требует поиска новых терапевтических подходов. Цель данного обзора – дать представление о существующих и новых вариантах фармакологического лечения болезни Паркинсона, а также подчеркнуть необходимость инновационных стратегий для улучшения результатов лечения людей с болезнью Паркинсона. Агонисты дофамина являются краеугольным камнем фармакологического лечения болезни Паркинсона. Эти препараты имитируют эффекты дофамина, напрямую стимулируя дофаминовые рецепторы. Большинство одобренных в настоящее время агонистов дофамина для лечения болезни Паркинсона в первую очередь нацелены на дофаминовые рецепторы D2/D3. Однако селективная активация дофаминовых рецепторов D1/D5 может обеспечить устойчивую активацию двигательной функции, избегая при этом нежелательных явлений, связанных с агонизмом рецепторов D2/D3. Современные ингибиторы дофаминовых рецепторов исторически были разделены на две группы в зависимости от их химической структуры: эрголиновые производные первого поколения (производные спорыньи, например, бромокриптин, каберголин, лисурид, перголид) и более поздние агонисты, имеющие неэрголиновую структуру (например, прамипексол, ропинирол, ротиготин, апоморфин). Каберголин – дофаминовый препарат, полученный из спорыньи, используемый для лечения болезни Паркинсона и других дофаминергических расстройств. Каберголин имеет очень длительный период полувыведения и эффективен при применении один раз в день. Препарат эффективен в лечении двигательных симптомов и улучшении показателей активности в повседневной жизни. В пятилетнем проспективном рандомизированном клиническом исследовании с участием 98 японских пациентов были зарегистрированы нежелательные явления, связанные с первичным лечением каберголином, включая отёки, желудочно-кишечные расстройства, злокачественные новообразования и депрессию. В результате каберголин в настоящее время назначают реже, предпочтение отдается неэрголиновым дофаминовым антагонистам второго поколения. Несмотря на сокращение использования, каберголин по-прежнему является эффективным вариантом для пациентов, которым неэрголиновые агонисты дофамина не подходят. В обзоре также проведен подробный анализ большого массива препаратов различных групп для лечения болезни Паркинсона (амброксол, бунтанетап, эксенатид и др.).
7. Современные и перспективные терапевтические достижения для болезни Ниманна-Пика типа С: где мы находимся сейчас и что нас ждет в будущем?
Current and emerging therapeutic advancements for Niemann-Pick disease type C: where are we now and what does the future hold?
Andreas Hahn
Expert Review of Neurotherapeutics 2026
https://www.tandfonline.com/doi/10.1080/14737175.2026.2661657?url_ver=Z39.88-2003&rfr_id=ori:rid:crossref.org&rfr_dat=cr_pub%20%200pubmed
Болезнь Ниманна-Пика типа C – редкое генетическое прогрессирующее нейродегенеративное заболевание из группы лизосомных болезней накопления с высокой неудовлетворенной медицинской потребностью. Оно возникает в результате нарушения внутриклеточного распределения липидов, что приводит к накоплению холестерина и гликосфинголипидов в головном мозге и других тканях организма. Клиническая картина и прогрессирование болезни Ниманна-Пика типа C неоднородны, зависят от возраста на момент появления неврологических симптомов и включают потерю двигательной функции, глотания и речи, а также когнитивные нарушения. К типичным неврологическим проявлениям болезни Ниманна-Пика типа C относятся нарушение походки, мозжечковая атаксия, дистония, дисметрия, дизартрия, дисфагия, эпилептические припадки и нейросенсорная тугоухость. В среднем люди, страдающие от этого разрушительного заболевания, живут около 13 лет. 20 сентября 2024 г. пероральный препарат аримокломол (Miplyffa) сочетании с ингибитором фермента глюкозилцерамидсинтазы миглустатом был одобрен FDA для лечения болезни Ниманна-Пика типа C у взрослых и детей в возрасте старше 2 лет. Безопасность и эффективность аримокломола были оценены в рандомизированном двойном слепом плацебо-контролируемом 12-месячном исследовании. В общей сложности 50 пациентов в возрасте от 2 до 19 лет с молекулярно подтвержденным диагнозом болезни Ниманна-Пика типа C были рандомизированы 2:1 для приема аримокломола с поправкой на вес (31–124 мг) или перорального плацебо три раза в день. Среди всех участников исследования 39 (78%) из них получали миглустат в качестве фонового лечения. Миглустат (OGT 918) – это иминосахар, который действует как конкурентный ингибитор фермента глюкозилцерамидсинтазы, необходимой на ранних стадиях синтеза гликосфинголипидов. Этот препарат был первоначально одобрен FDA для лечения болезни Гоше. В связи с многообещающими результатами доклинических исследований были начаты клинические испытания миглустата на пациентах с болезнью Ниманна-Пика типа C, которые показали неврологическое улучшение или стабилизацию. Результаты клинических испытаний показали, что у пациентов, получавших лечение аримокломолом в сочетании с миглустатом, наблюдалось более медленное прогрессирование заболевания, чем в группе плацебо. Наиболее распространенные побочные эффекты, о которых сообщают пациенты, принимающие аримокломол, включают инфекцию верхних дыхательных путей, диарею и потерю веса. Препарат в сочетании с миглустатом следует принимать внутрь с пищей или без нее в зависимости от рекомендуемой дозы для массы тела пациента. Аримокломол стал первым одобренным FDA препаратом для лечения болезни Ниманна-Пика типа C, что является значительным достижением в лечении этого состояния.
8. Коэнзим Q10 и когнитивные функции: обзор
Coenzyme Q10 and Cognition: A Review
Madeleine C. Nankivell et al.
Nutrients 2025, 17, 2896
https://www.mdpi.com/2072-6643/17/17/2896
С ростом числа пожилых людей в большинстве стран мира снижение когнитивных функций становится все более серьезной проблемой. Причины снижения когнитивных функций и нейродегенеративных заболеваний многочисленны, но основными факторами являются воспаление, окислительный стресс, митохондриальная дисфункция, ухудшение сердечно-сосудистой системы и снижение мозгового кровотока. Эти множественные процессы, происходящие в мозге и организме, требуют различных целевых терапевтических подходов. Среди них коэнзим Q10 (CoQ10), антиоксидант и метаболический стимулятор, показал себя многообещающим в улучшении некоторых из базовых биологических механизмов снижения когнитивных функций. Существуют две основные известные формы CoQ10: окисленный CoQ10 (убихинон) и восстановленная форма (убихинол). CoQ10 имеет низкую биодоступность, но были разработаны различные инновационные формулы для улучшения его усвоения. Однако об эффективности приема CoQ10 в отношении когнитивных функций у пожилых людей известно немного. Исследования когнитивного эффекта приема CoQ10 у здоровых людей ограничены. На сегодняшний день опубликованы только два клинических исследования. Первое из них было рандомизированным двойным слепым контролируемым исследованием, в котором оценивалось влияние низкой дозы CoQ10 (4,5 мг в день) в сочетании с поливитаминными и минеральными добавками на 106 женщин в возрасте от 25 до 49 лет. Было обнаружено, что при выполнении когнитивных задач мозговой кровоток значительно увеличивался в группе лечения. Однако сопутствующих изменений в выполнении задач не наблюдалось. При совместном применении 100 мг CoQ10 три раза в день и 5 г креатина два раза в день у амбулаторных и стационарных пациентов с болезнью Паркинсона было обнаружено, что когнитивные функции значительно улучшились по сравнению с контрольной группой через 12 и 18 месяцев. Сравнение группы лечения и контрольной группы показало, что в группе лечения было отмечено снижение показателей фосфолипидов, что указывает на нейропротекторные механизмы, включая повышение активности митохондрий и снижение окислительного стресса. CoQ10, природный антиоксидант, необходимый для производства энергии митохондриями, продемонстрировал преимущества для здоровья сердечно-сосудистой системы и физической работоспособности, а также роль в снижении окислительного стресса и увеличении мозгового кровотока. Эти результаты подтверждают терапевтический потенциал CoQ10 для улучшения когнитивных функций. Для полной оценки преимуществ CoQ10 для когнитивных функций при старении и нейродегенеративных заболеваниях необходимы дополнительные хорошо спланированные высококачественные рандомизированные клинические исследования. Такие исследования могли бы быть направлены на факторы риска, связанные со снижением когнитивных способностей, которые также поддаются лечению CoQ10 (например, окислительный стресс, воспаление, проблемы с сердечно-сосудистой системой) и изучение влияния лечения на более широкий спектр когнитивных функций.
9. Когда медь становится убийцей: расшифровка нарушений гомеостаза меди и купроптоза в нейродегенеративном патогенезе и прецизионных металлических вмешательствах
When copper turns killer: Decoding copper dyshomeostasis and cuproptosis in neurodegenerative pathogenesis and precision metal interventions
Wei Du et al.
Neural Regeneration Research 2026, 21(9), 3503-3517
https://journals.lww.com/nrronline/fulltext/2026/09000/when_copper_turns_killer__decoding_copper.7.aspx
Нейродегенеративные заболевания, характеризующиеся потерей памяти и прогрессирующими когнитивными нарушениями, включая болезнь Альцгеймера, болезнь Паркинсона, болезнь Хантингтона и боковой амиотрофический склероз, стали серьезной угрозой для общественного здравоохранения. Хотя патогенез этих болезней еще не полностью изучен, выявлено несколько факторов риска. Среди них в последние десятилетия привлекли внимание патогенные молекулярные механизмы воздействия меди; это, вероятно, связано с тем, что дисбаланс в метаболизме меди способствует гибели нейронов, нейровоспалению, окислительному стрессу и патогенной агрегации белков. Купроптоз – это недавно открытый механизм запрограммированной клеточной смерти, запускаемый избытком внутриклеточной меди. В отличие от других путей, таких как апоптоз или ферроптоз, он обусловлен прямым связыванием меди с липоилированными белками в митохондриях, что приводит к их опасному слипанию и гибели клетки. В совокупности эти нарушения парализуют функцию митохондрий, в конечном итоге приводя к гибели клеток. Хелатирующая терапия меди включает использование специфических веществ, которые связываются с ионами меди и облегчают их выведение из организма. Эта терапевтическая стратегия основана на применении соединений, которые нетоксичны и высокоэффективны во взаимодействии с ионами металлов. К этому типу агентов относятся несколько хелаторов, таких как клиохинол и PBT2. Химический принцип хелатирования включает связывание ионов, что приводит к образованию циклических структурных молекул посредством образования ковалентных и координационных связей. Пилотное клиническое исследование фазы 2 с участием 36 пациентов продемонстрировало, что клиохинол значительно снижает уровень бета-амилоида в плазме крови у лиц с болезнью Альцгеймера. Было установлено, что этот хелатор меди имеет приемлемый профиль переносимости. PBT2 – это перорально активный ионофор Cu/Zn, который показал положительные эффекты в восстановлении когнитивных функций в доклинических моделях болезни Альцгеймера. Этот хелатор меди прошел фазу 2 клинических испытаний и также продемонстрировал улучшение когнитивных показателей у пациентов с болезнью Альцгеймера. В другом клиническом исследовании фазы 2 PBT2 значительно снизил концентрацию бета-амилоида в образцах спинномозговой жидкости пациентов с болезнью Альцгеймера, однако этот хелатор не повлиял на концентрацию Cu2+ в сыворотке крови. Помимо терапевтического потенциала при болезни Альцгеймера, безопасность и эффективность PBT2 были протестированы на пациентах с болезнью Хантингтона. В рандомизированном двойном слепом плацебо-контролируемом клиническом исследовании PBT2 (250 мг/сут) существенно улучшил когнитивные показатели. В обзоре подчеркивается существенный прогресс, достигнутый в изучении роли нарушений регуляции меди и купроптоза в терапевтических подходах к нейродегенеративным заболеваниям. Конечная цель изучения метаболизма меди и процесса купроптоза – облегчить переход от фундаментальных исследований к клиническому применению, особенно в лечении нейродегенеративных заболеваний.
10. Обзорная статья: улучшение функции митохондрий: современные терапевтические перспективы при нейродегенеративных заболеваниях
Review article: Improving mitochondrial function: Current therapeutic perspectives in neurodegenerative diseases
Julia Brechtel et al.
Pharmacological Research 2026, 229, 108227
https://www.sciencedirect.com/science/article/pii/S1043661826001428
Митохондрии – это органеллы, играющие ключевую роль во многих клеточных функциях, включая преобразование энергии, промежуточный метаболизм, динамику митохондрий, кальциевую сигнализацию и регуляцию апоптоза. Митохондриальная дисфункция – это сложное явление, которое может быть вызвано различными факторами, включая старение, мутации в митохондриальной ДНК, воздействие токсинов, гипоксию, воспаление, окислительный стресс, нарушения митохондриальной динамики и дисбаланс кальция и белкового гомеостаза. Учитывая их обширную роль, описанную выше, митохондрии имеют фундаментальное значение для поддержания функции нейронов в центральной нервной системе. Когда эти взаимосвязанные митохондриальные процессы нарушаются, возникающий дисбаланс может ускорить старение и способствовать нейродегенеративным заболеваниям, вызывая эффекты, варьирующиеся от незначительных нарушений нейронной сигнализации до гибели клеток и прогрессирующей нейродегенерации. Митохондриальная дисфункция считается одним из ключевых факторов нейродегенерации и патологического старения, характеризующихся нарушением выработки энергии, окислительным стрессом, нарушением митофагии и биогенеза. Поскольку митохондрии регулируют биоэнергетику, окислительно-восстановительный баланс и выживаемость нейронов, терапевтические стратегии, восстанавливающие целостность митохондрий, вызывают все больший интерес. В этом обзоре изложены механизмы функционирования и нарушений митохондрий, установлена связь между ними и болезнью Альцгеймера и болезнью Паркинсона, а также обобщены данные о фитохимических веществах и малых молекулах, нацеленных на митохондрии, которые усиливают биогенез, митофагию, эффективность дыхания и антиоксидантную защиту. Хотя многие соединения демонстрируют скорее профилактический, чем восстановительный эффект, а клинические данные остаются ограниченными, подходы следующего поколения, включая наночастицы для доставки в митохондрии, редактирование мтДНК и перенос митохондрий, предполагают растущий терапевтический потенциал. Эламипретид (SS-31) – тетрапептид, нацеленный на митохондрии, является перспективным терапевтическим кандидатом для лечения состояний, характеризующихся митохондриальной дисфункцией, включая старение и нейродегенеративные заболевания, такие как болезнь Альцгеймера. Результаты доклинических исследований свидетельствуют о том, что эламипретид быстро восстанавливает нарушенную митохондриальную биоэнергетику в стареющих тканях, оказывая минимальное воздействие на молодые митохондрии. В клинической практике эламипретид оценивался в рандомизированном двойном слепом плацебо-контролируемом исследовании MMPOWER-3 фазы 3 у пациентов с генетически подтвержденной первичной митохондриальной миопатией. Участники в возрасте 16–80 лет получали эламипретид подкожно один раз в день в дозе 40 мг/день или плацебо в течение 24 недель. Исследование не достигло своих основных целей, не было выявлено значительного улучшения дистанции 6-минутной ходьбы или общего показателя усталости по сравнению с плацебо. Однако эламипретид в целом хорошо переносился, при этом большинство побочных эффектов были легкими или умеренными и в основном связаны с местом инъекции. В обзоре подробно рассмотрены и другие препараты, нацеленные на митохондрии (пирацетам, таурин, сульфорафан и др.).